Глава 27. Демон-труп трижды обманывает Трипитаку — Святой монах в ярости изгоняет Красавца Обезьяна
Демоница Белая Кость трижды меняет облик — молодой женщины, старухи, старика — и каждый раз Укун её убивает. Бацзе клевещет, Трипитака всё время верит клевете. В конце концов Укун изгнан с письменным приказом об отставке.
На следующее утро распрощались с Чжэньюань-цзы и двинулись в путь. Прожили пять-шесть дней — дольше задержаться не дал Трипитака. Зато плод женьшеня подействовал на него чудесно: будто помолодел, тело окрепло, в глазах прояснилось.
Шли. Горы — одни за другими. На одном из подъёмов Трипитака сказал:
— Ученики, я голоден. Укун, принеси еды.
Укун взлетел на облако, огляделся. Ни деревни, ни хутора. Но на южном склоне что-то алело.
— Учитель, там на горе — горные персики. Потерпи, сейчас принесу.
Взял монашескую чашу, прыгнул на облако и улетел.
Как только он скрылся, из-за скалы вышла женщина. Молодая, красивая. В левой руке — тёмно-синий горшочек, в правой — зелёная фарфоровая бутылка.
Бацзе аж подпрыгнул:
— Учитель! Смотрите! Нам несут обед!
Женщина подошла, поклонилась:
— Наставники, я принесла рис и лапшу. Наши родители благочестивы, завещали кормить монахов. Примите угощение.
Трипитака растерялся. Бацзе уже тянулся к горшочку.
Тут с неба слетел Укун с персиками. Увидел женщину — и сразу всё понял: Огненный Взгляд не обманешь. Это был демон.
Швырнул чашу, выхватил посох — и ударил.
Женщина взвизгнула. Применила «разделение тела» — выскочила из кожи, оставив на земле труп. Поднялась невидимым духом в воздух.
На земле осталось тело молодой женщины с раздробленным черепом.
Трипитака спешился, лицо побелело:
— Укун! Что ты сделал?!
— Это демон, учитель.
— Это была живая женщина!
— Смотрите, что в горшочке, — сказал Укун.
Ша Хэшан осторожно заглянул. В горшочке копошились длинные черви. В бутылке — лягушки и жабы.
Трипитака чуть успокоился. Но Бацзе уже зашептал ему в ухо:
— Учитель, это была настоящая женщина. Укун её убил, а теперь прикидывается. Не верьте ему.
Трипитака поморщился — и начал читать заклинание.
Укун схватился за голову:
— Не надо! Не надо! Слушай, она демон!
— Перестань убивать людей, — сказал Трипитака. — Ещё раз так сделаешь — отсылаю домой.
— Понял. Не повторится.
Прошли несколько ли. Навстречу шла старуха — лет восьмидесяти, опираясь на бамбуковый посох. Плакала, голосила.
Бацзе сразу загомонил:
— Это её мать! Дочь он убил — теперь мать ищет!
Укун поморщился:
— Дочери было восемнадцать, старухе восемьдесят. Ты хочешь сказать, что мать родила дочь в шестьдесят два? Это демон.
Подошёл ближе — точно, тот же демон.
Посох свистнул. Опять «разделение тела». Старуха упала.
Трипитака воздел руки к небу и снова принялся читать. На этот раз — двадцать раз подряд.
Укун катался по земле, держась за голову. Наконец взмолился:
— Довольно! Я всё понял! Больше не буду!
— Убирайся, — сказал Трипитака.
— Учитель, вы серьёзно?
— Уходи.
Укун встал, отряхнулся. Сказал тихо:
— Хорошо. Но вспомните меня, когда попадёте в беду.
Трипитака отвернулся.
Укун вздохнул. Прожалел. Уговорил учителя смягчиться, сославшись на неоплаченный долг. Трипитака согласился дать ещё один шанс.
Снова двинулись вперёд.
На склоне, навстречу, шёл старик с посохом из корня дракона. Седые усы метлой, белые брови. В руке — чётки. Губы шевелились в молитве.
Трипитака умилился:
— Вот настоящий добрый человек!
Укун прищурился. Посмотрел внимательнее.
Тот же демон. Третий раз.
Отозвал в сторону местного духа земли. Тот явился, перепуганный.
— Свидетельствуй, — сказал Укун. — Этот старик — демон, и я его сейчас убью. Ты видел все три облика. Стой здесь.
Дух земли поклонился. Небесные стражи заняли позиции в воздухе.
Укун поднял посох. Опустил на старика.
Снова «разделение тела». Дух выскочил.
Но на этот раз тело не упало живым — осталась груда белых костей. Демон истратил последний ресурс. Дух рассеялся.
На костях был виден иероглифический знак: «Госпожа Белая Кость».
Трипитака спешился и увидел скелет.
— Это... как это?
— Это была нежить, — сказал Укун устало. — Ты наконец-то видишь её настоящее лицо.
Трипитака задумался на мгновение. Потом Бацзе снова зашептал:
— Учитель, это он специально превратил тело в скелет, чтобы вы поверили. Нельзя доверять этим фокусам.
Трипитака оглянулся на Бацзе. Потом на Укуна.
— Достаточно, — сказал он. — Укун. Три человека убиты твоими руками. Ты мой ученик, но я не могу закрывать на это глаза.
— Учитель, они были демонами!
— Уйди.
— В третий раз?
— В третий и последний. — Трипитака велел Ша Хэшану достать из тюка бумагу, кисть и тушь. Принёс воды из ручья. Растёр тушь на камне. Написал собственноручно письмо об отставке: «Ты более не мой ученик. Мы незнакомы. Клянусь бездной адов».
Укун взял письмо. Сложил бережно. Спрятал за пазуху.
Потом опустился на колени:
— Учитель, позвольте проститься как положено. Я шёл с вами долго. Многое пережили вместе. Вы сказали — ухожу. Только разрешите поклониться напоследок.
Трипитака отвернулся:
— Я добрый монах. Не приму поклона от злодея.
Укун нахмурился. Вырвал три волоска, дунул. Три копии его самого окружили Трипитаку со всех сторон — некуда было бежать. Учитель принял поклон поневоле.
Укун поднялся, собрал волоски обратно.
Подошёл к Ша Хэшану. Сказал тихо:
— Слушай, ты хороший человек. Не давай Бацзе клеветать. Береги учителя. Если появятся демоны — скажи им: «Его старший ученик Сунь Укун» — это их остановит.
Ша Хэшан кивнул, глаза покраснели.
Укун повернулся к Бацзе. Ничего не сказал. Только посмотрел.
Бацзе отвёл взгляд.
Укун прыгнул на облако. Полетел на восток.
На полдороге — остановился. Внизу шумело Восточное море. Серые волны, пена, далёкий горизонт.
Он вспомнил лицо учителя — в тот первый день, у Двухграничной горы, когда тот освободил его из-под камней.
Сам не заметил, как слёзы потекли по щекам.
Постоял долго на облаке над морем. Потом вздохнул и полетел дальше — к Горе Цветов и Плодов, к Водяному Занавесу.
Домой.
Со слезами простился с учителем, С горем в сердце наказал Ша Монаху. Обернулся — трава примяла след, Прыгнул — лоза взвилась над дорогой. Небо и земля он пролетает как колесо, Первый в прыжках через горы и моря. В миг исчез — и не видно и тени, Молнией вернулся на старый путь.
Что с ним дальше? Слушайте следующую главу.